<<< Развитие речи у детей

Внутренняя речь ребенка


Все наблюдавшие за развитием детей очень хорошо знают, что малыш выражает свои мысли громкой речью. Увидев привлекательный или неприятный для него предмет, ребенок сразу заявляет об этом во весь голос. Увидев мать, он кричит: "Ма-ма!"; при виде кошки громко восклицает: "Киса! Хочу кису!" Когда ему подносят ложку с горьким лекарством, он бурно выражает протест: "Не надо! Не хочу!"

Только на четвертом году появляется шепотная речь, а около пяти лет - речь "про себя", когда ребенок начинает думать словами беззвучно. Это и называется внутренней речью.

Психологи (в частности, А. Н. Соколов) предположили, что в раннем детстве в мозге ребенка вырабатываются связи между тем или иным звуком и соответствующим мышечным ощущением, получаемым при его артикуляции. Таким образом, слышимые и произносимые слова связываются. В первые годы жизни роль мышечных ощущений так велика, что ребенок не может их затормозить, поэтому он еще не способен ни к шепотной речи, ни тем более к речи "про себя". В дальнейшем, по мере того как речь ребенка развивается, роль мышечных ощущений несколько уменьшается, и тогда их уже удается тормозить.

Это предположение подтверждается теми наблюдениями, которые были проведены на детях в нашей лаборатории. В разделе "Ребенок готовится заговорить" рассказывалось об опытах Г. С. Лях. В них было показано, что звукоподражание у младенца первых месяцев жизни можно вызвать только в том случае, если он видит артикуляторную мимику взрослого человека и может ей подражать. Затем, в результате того, что получаемые при имитации мимики мышечные ощущения много-много раз совпадали со звуками, слышимыми при этом, устанавливаются условные связи. Только теперь, услышав произносимый взрослым звук (и не видя артикуляторной мимики), ребенок сможет его воспроизвести.

В дальнейшем, когда малыш начинает подражательно артикулировать слова, весь комплекс мышечно-звуковых ощущений связывается с предметом. Игра двух-трехлетних детей (у которых речь развита) обязательно сопровождается называнием игрушек и производимых с ними действий.

Славик Е. 2 лет 6 месяцев катает по полу автомобильчик и приговаривает: "Би-и, би-и - бибикает! Едет оттуда сюда. Би-и!" Автомобильчик задевает за ножку стула, и мальчик продолжает: "Бах! Бах! Бибика бах и самалась" (сломалась).

Соня Ш. трех лет укачивает на руках куклу и говорит: "Соня лялю бай-бай положит... а-а-а! а-а-а! Ляля глазки закила (закрыла)"... Вдруг девочка пронзительно завизжала и тут же продолжает успокоительным тоном: "Не плакай, не плакай, я тебе моёженое куплю! Ага, замолчала!"

Лишь на четвертом году ребенок начинает играть молча, производя с предметом разнообразные действия. Так, Леночка 4 лет 6 месяцев молча, сосредоточенно пеленает куклу, укладывает ее спать и затем тихонько, чтобы не разбудить ее, начинает "прибирать" в куклиной комнате. Правда, это молчание длится недолго. Вскоре (минуты через две-три) Леночка начинает шептать: "Вот так, а теперь пойду в магазин, надо молочка купить и кашки!"

Можно наблюдать, что и в игре вдвоем-втроем дети некоторое время уже делают что-то молча. Постепенно, с возрастом такие промежутки молчаливой (но осмысленной, с целенаправленными действиями) игры становятся длительнее. Это моменты, когда ребенок пользуется внутренней речью.

Четырехлетний Володя Б. водит кошку на задних лапах, потом отпускает ее, кошка сразу становится на все четыре лапы, тогда мальчик снова поднимает ее на задние лапы и ведет перед собой. "Володя, не мучай киску",- говорит ему мать. "Я не мучаю. Я вот смотрю, как ее научить ходить. Ей тоже четыре года, а она все еще на четвереньках бегает". Ребенок размышлял об этом "про себя".

Внутренняя речь представляет для детей большую трудность, чем громкая. Это видно хотя бы из того, что при всяком усложнении умственной задачи ребятишки переходят на громкую речь. Коля П. 5 лет складывает из кубиков гараж, но он не получается - все время рушится крыша; мальчик хмурится и начинает бормотать: "Опять не так. Надо побольше кубик... нет, вот стенку ближе подвинуть". Дети 6- 7 лет при обучении чтению и счету начинают говорить громко: "Три яблока да еще яблоко... будет четыре яблока".

Дети долго не могут научиться читать "про себя" и произносят читаемые слова вслух, затем после какого-то периода обучения они начинают читать шепотом, и только значительно позже - примерно через год после начала обучения - развивается способность чтения молча. При письме малыши также стремятся повторять то, что они пишут.

А. Н. Соколов хотел проверить, насколько важны для мыслительной деятельности взрослого человека и детей двигательные импульсы с артикуляторных органов. Для этого испытуемому давали задачу, но во время ее решения он должен был зажать язык зубами и сжать губы. Оказалось, что взрослым людям это почти не мешало и они справлялись с задачей, у детей же умственная деятельность очень заметно тормозилась. Значит, речевые кинестезии (т. е. мышечные импульсы с органов артикуляции) являются необходимыми для мыслительной деятельности ребенка.

Хотя роль импульсов с речевой мускулатуры у взрослых и меньше, чем у детей, но все же и здесь они имеют существенное значение. Так, при трудностях (например, при решении сложной задачи и т. п.) и у взрослых наблюдается усиление потоков импульсов с речевых мышц, хотя они в это время ничего не говорят вслух.
У детей внутренняя речь, близкая по форме к той, которая существует у взрослых, развивается лишь в школьном возрасте.

Источник: книга М. Кольцовой "Ребенок учится говорить"